Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

  • puho

Артур Франк. Раненый рассказчик

Рассказывать историю о своём опыте болезни — значит, в очень большой степени признавать личную ответственность не только за то, чтобы выздороветь, но и (или) за то, чтобы найти смысл в переживании болезни.

Люди рассказывают свои истории не только, чтобы осмыслить собственную меняющуюся идентичность, но и для того, чтобы дать опоры тем, кто пойдёт за ними. Они не пытаются дать другим людям готовую карту, потому что каждый должен создать свою собственную, но они стремятся засвидетельствовать опыт перестраивания своей собственной карты. Свидетельствование — это один возможный наш долг перед здравым смыслом и другими людьми.

Те истории о болезни, которые опубликованы и могут быть процитированы, влияют на то, как другие люди могут рассказывать свои истории, задавая тем самым социальную риторику болезни.


Больше отрывков: http://www.pismennyepraktiki.ru/ranenyi-rasskazchik-pishuschee-telo-1/
  • puho

Большинство историй предназначено не только для развлечения

У моего народа на вопрос нередко отвечают рассказом. За первой историей почти всегда следует вторая, которая, в свою очередь, вызывает к жизни третью, пока вы вдруг не обнаруживаете, что на поставленный вопрос вам отвечают уже третий час.

Несколько связанных воедино историй дают более глубокую и комплексную картину, чем одна-единственная.

В обеих традициях, к которым я принадлежу, — мексикано-испанской по рождению и венгерской по моим приемным родителям — рассказывание историй считается особой духовной практикой. Сказки, легенды, мифы и истории тщательно собирают, заучивают, систематизируют и хранят бережно, как в аптеке.

Сундучок с рассказами, особенно с семейными преданиями, так же необходим для долгой и полноценной жизни, как здоровая пища, хорошие взаимоотношения и нормальная работа. Хранитель историй должен быть одновременно ученым, целителем, знатоком языка символов, талантливым рассказчиком, визионером и путешественником во времени, способным вдохновлять других и разговаривать с Богом.

В обеих моих семьях учили, что большинство историй предназначено не только для развлечения. В народной традиции они издавна считаются лекарством, целительным средством, применение которого требует определенной духовной подготовки и готовности воспринять откровение как со стороны целителя, так и со стороны пациента, и преподносятся именно в таком качестве. Такие целительные истории издавна использовались для того, чтобы учить, исправлять ошибки, просвещать, способствовать глубинному перерождению, лечить раны, восстанавливать память. Их основной задачей всегда было служить делу образования и обогащения опыта души на ее пути в мире земном.

Collapse )
story

Продукт в роли героя

В 1986 году Линда Резник с мужем приобрели 120 акров земли в калифорнийской долине Сан-Хоакин-Вэлли. На участке росли какие-то деревья. Линда и Стюарт сначала решили, что это фисташки, но это оказались гранаты. В то время, по словам Линды, в Америке мало кто знал, что такое гранат, и еще меньше знали о способах его применения. Резники провели исследование и открыли для себя богатую историю граната, его разносторонние свойства и возможную пользу для здоровья. Могло ли это означать, что буквально у них под носом очутился антиоксидант-супергерой?
Проследив путь распространения граната по земному шару и 4000 летнюю историю его применения, супруги обнаружили, что этот красный круглый герой был символом силы в персидской культуре, и символом исключительно мощным: воины армии Ксеркса во время нашествия на Грецию в 480 году до н. э. несли на копьях гранаты вместо наконечников. В древнем Египте гранатовым соком лечили различные заболевания, от дизентерии до болей в желудке и кишечных паразитов. В Индии гранат стал символом богатства и плодородия, в Китае – также символом плодородия. В Израиле считалось, что гранат помогает предотвратить сердечные болезни. А после того, как этот героический фрукт проявил доблесть в борьбе с раком в Европе, его изображение появилось на гербе Британской медицинской ассоциации.
Эти предания побудили Резников расширить свой участок с гранатовыми деревьями и профинансировать целый ряд исследований, призванных подвести под рассказы о пользе граната научную базу. К 2009 году они потратили на медицинские изыскания 32 млн долларов. Ценные свойства, приписываемые гранату легендами, оказались правдой.
...




Гранатовый сок обладает особенно мощным целебным эффектом в случае рака простаты и диабета второго типа, а также лечит сердечно-сосудистые заболевания. Теперь они могли взять историю граната, подкрепить ее доказанными научными фактами и рассказать покупателям, торговцам и журналистам. Героем их истории стал сам гранат.



Линда собрала команду лучших менеджеров по продажам в мире и поставила перед ними задачу обзвонить всех главных управляющих каждой из розничных сетей супермаркетов. Вновь воспользовавшись стратегией, принесшей ей успех в проекте с ожерельем Джеки Онассис, она дала своим представителям инструкцию лично рассказывать каждому менеджеру магазина историю о героическом фрукте, способном спасать жизнь.
– Затем мы предлагали им попробовать его восхитительный сок, – рассказала Линда. – Мы говорили: "Вам обязательно надо постоянно его пить. Мы внесем вас в список и будем доставлять каждый месяц". И все они пробовали сок, и покупали его, и помогали продвигать его, рассказывая и пересказывая его необычайную историю."

Питер Губер "Расскажи, чтобы победить"

story

как истории управляют физиологией

Мы в сообществе часто упоминаем исцеляющий сторителлинг. Немного науки об этом.

"Представьте себе, что вы у себя на кухне, день – выходной. Включите воображение: какое сейчас время суток, взгляните на плиту, стол, кухонные шкафы. Может быть, вы слышите негромкое урчание холодильника. На столе на разделочной доске лежит апельсин, и ваше внимание обращено на него. Он очень хорош – большой, сочный.
Collapse )
via
  • puho

Применение историй в практике психотерапевта

Collapse )
Новый ресурс

История, притча, анекдот и даже короткий афоризм могут явиться настолько важной информацией и откровением для пациента, что иногда быстро и радикально меняют отношение человека к его хроническим проблемам, открывают, можно сказать, второе дыхание, а порой – даже скрытые до того способности и ресурсы.

Освоение нового культурного пространства

Сказки и притчи других народов позволяют лучше и глубже понять их взгляды, мировоззрение, традиции, культуру и перенять что-то ценное, расширяя свой кругозор и развивая личность.

Принятие ответственности

История не является директивной инструкцией, поэтому стимулирует пациента делать из нее свои выводы, принимать самостоятельные решения и брать за них ответственность.

Дмитрий Ковпак
  • puho

Зачем нужны истории в серьезных делах?

Один из моих учителей, Носсрат Пезешкиан, мудрый перс, живший в Германии и, к сожалению, уже ушедший из жизни, любил рассказывать притчи и анекдоты. Он основатель позитивной психотерапии. Я увлекся этим направлением еще студентом. Мне было очень интересно читать и слушать то, что излагали Носсрат и его сын Хамид. Я стал читать еще одного современного мудреца, но также уже умершего мудреца, рассказывавшего на сеансах психотерапии истории и яркие примеры из жизни, – Милтона Эриксона. Он мог встретиться с человеком один раз и коротким рассказом или даже парой предложений изменить не только настроение человека, но и его жизнь.

Со временем мне стало казаться, что это все слишком просто. Возникло ощущение, что не хватает глубины, фундаментальности и научности. И я стал уходить в «фундаментальность». Тему моей диссертации родные и друзья считали издевательством над языком. В тот период специфический язык профессии стал интересней и понятней обыденного. То, как и что я говорил на научных конференциях и писал в статьях, было понятно лишь немногим специалистам. Как говорится, «страшно далеки они от народа». Оказалось, очень сложно показать, донести на своих сеансах и в статьях весь путь, который прошел сам. Мне хотелось объяснить всю внутреннюю архитектуру и алхимию психотерапии каждому пациенту и собеседнику. Многие люди либо пугались сложности, либо зевали от скуки, изредка оживляясь, услышав знакомые слова.

Постепенно я стал ценить красоту простоты: за внешней простотой, когда она дает необходимый эффект, стоит отточенное мастерство. Как в теннисе, где выверенность и экономность движений и действий, внешне воспринимаемые как простота, красота и гармония, отличают мастера от новичка, который суетливо и коряво двигается по корту. Шаманы, наставники, проповедники и философы – все они интуитивно сознавали и в сходной манере использовали силу влияния понятных, но мудрых историй.

Collapse )
  • puho

Даниэль Канеман. Эффект "Я так и знал"

Познавательный отрывок из «Думай медленно, решай быстро» о том, как наш мозг рассказывает себе истории:


Разум, который составляет нарративы о прошлом, любит все «раскладывать по полкам». Когда происходит непредвиденное событие, мы немедленно меняем свой взгляд на жизнь, чтобы приспособиться к новому.

Представьте себя в ожидании футбольного матча, где обе команды имеют примерно одинаковый рейтинг. Одна из команд побеждает с громадным перевесом в счете. В обновленной модели мира победившая команда тут же становится более сильной, и это меняет ваше видение ее прошлых и будущих достижений. Учиться на неожиданностях довольно разумно, хотя это и приводит к опасным последствиям.

Главная ограниченность человеческого разума состоит в том, что он почти не в состоянии вернуться в прошлое, занять прежнюю позицию, зная о будущих переменах. Чуть только вы построили новую картину мира или его части, старая стирается — вы уже не вспомните, как и во что верили раньше.

Многие психологи изучали, что происходит с людьми, когда те меняют свое мнение. Выбрав некую спорную тему — скажем, смертный приговор, — экспериментатор тщательно регистрирует отношение испытуемых к вопросу. Затем участники опыта видят или слышат убедительные доводы «за» или «против». На следующем этапе экспериментатор снова отмечает отношение испытуемых — как правило, оно изменяется под влиянием довода. И наконец, участников просят оценить собственное мнение до начала эксперимента. Эта задача становится для них неожиданно трудной. Когда человека просят изложить свои прежние взгляды, он излагает нынешние (в чем и заключается подмена). При этом многие даже не верят, что раньше считали иначе.

Неспособность воссоздать прежние взгляды неминуемо влечет за собой переоценку неожиданности произошедших событий. Барух Фишхоф, еще будучи студентом, первым показал развитие ретроспективного искажения, или эффекта «так я и знал». Фишхоф в 1972 году произвел опрос группы испытуемых накануне визита Ричарда Никсона в Россию и Китай. Опрошенные пытались предугадать итоги этой дипломатической поездки по пятнадцати предложенным пунктам, оценивая вероятность того или иного результата. Согласится ли, например, Мао Цзэдун на встречу с президентом? Даруют ли Соединенные Штаты дипломатическое признание Китайской Республике? Достигнут ли какой-либо договоренности с Советским Союзом после многих лет холодной войны?

По возвращении Никсона в Америку Фишхоф и Бейт повторно опросили тех же испытуемых — предложили вспомнить собственные оценки для каждого пункта. Результаты оказались чрезвычайно красноречивыми: если событие действительно произошло, испытуемые завышали вероятность, которую приписывали ему ранее. Если же событие не произошло, участники опыта «вспоминали», что и прежде оценивали его как маловероятное. Дальнейшие исследования показали, что люди склонны переоценивать точность не только своих, но и чужих предсказаний. Схожие результаты были выявлены и в отношении других громких, широко освещенных событий — процесса над О. Джей Симпсоном или импичмента Билла Клинтона. Тенденция к пересмотру истории собственных взглядов в свете случившегося порождает стойкую когнитивную иллюзию.

Лица, принимающие решения, особо подвержены пагубному влиянию ретроспективного искажения при оценке их действий сторонними наблюдателями, которые определяют качество решения не по соответствию исхода, а по его благоприятности.

Представьте такую картину: в результате незначительного хирургического вмешательства происходит непредвиденное, и пациент умирает. При слушании дела присяжные скорее поверят, что вмешательство на самом деле содержит больший риск, чем предполагалось, и что предписавший его врач должен был это предвидеть. Из-за подобной ошибки (отклонения в сторону результата) почти невозможно правильно оценить решение в связи с тем, что изменилось мнение, казавшееся резонным при его принятии.

Ретроспективное мышление особенно сурово к тем, кто по долгу службы действует в интересах других, — врачам, финансовым консультантам, тренерам сборных, генеральным директорам, социальным работникам, дипломатам, политикам. Мы частенько порицаем кого-то за хорошее решение с плохим концом, а если все оборачивается хорошо, не считаем нужным благодарить. Здесь проявляется отклонение в сторону результата. Когда исход плох, клиент распекает агента — мол, не прочел предупреждения на стене, а сам забывает, что надпись сделана невидимыми чернилами и проявляется только постфактум. Ход, который в прогнозе казался благоразумным, в ретроспекции может выглядеть вопиюще небрежным. В ходе одного судебного процесса группу калифорнийских студентов спросили, следует ли муниципальным властям города Дулут в Миннесоте потратить значительные средства на установление круглосуточного наблюдения за мостом — на случай, если топляк, застряв между опор, вызовет подъем уровня воды. Одной группе опрошенных предъявили только данные, которыми городские власти располагали на момент принятия решения, после чего лишь 24 % студентов заключили, что городу следует организовать мониторинг состояния реки. Вторую группу известили, что топляк запрудил реку, вызвав большое наводнение, — и 56 % опрошенных согласились, что городу стоило потратиться на мониторинг, хотя их заранее предупреждали о возможной ошибке и просили не прислушиваться к голосу «заднего ума».

Чем страшнее последствия, тем больше мы подвержены влиянию ретроспективного искажения. Рассматривая трагедию 11 сентября, мы особенно охотно верим, что чиновники, способные ее предотвратить, оказались разгильдяями или слепцами. Данные, что «Аль-Каида», возможно, планирует крупный удар по Соединенным Штатам, поступили в ЦРУ 10 июля 2001 года. Директор ЦРУ Джордж Тенет, вместо того чтобы сообщить сведения напрямую президенту Бушу, передал их советнику по национальной безопасности Кондолизе Райс. Когда впоследствии всплыл этот факт, Бен Брэдли, ответственный редактор газеты Washington Post, заявил: «Для меня очевидно: если ты получил информацию, которая перевернет историю страны, иди прямиком к президенту». Однако 10 июля 2001 года никто не знал и не мог знать, что эта крупица информации окажется настолько важной.

В случае стандартных решений «заднему уму» трудно найти повод для недовольства — поэтому лица, принимающие решения, предвидя поток обвинений, склонны поступать по протоколу и крайне неохотно идут на риск. Когда участились судебные разбирательства по поводу врачебных ошибок, медики ввели меры предосторожности — стали назначать больше анализов, чаще отправлять к специалистам для полного обследования, предписывать только проверенные средства и процедуры, даже если те плохо помогали. Таким образом, интересы врачей были соблюдены, но пациенты от этого скорее потеряли, чем приобрели. Высокая ответственность — палка о двух концах.

В то время как ретроспективное искажение и отклонение в сторону результата в целом способствуют неприятию рисков, из-за них безответственные авантюристы получают незаслуженные лавры. Победителей не судят: начальники, которым повезло, избегают наказания за слишком рискованные действия — наоборот, их считают особенно талантливыми и проницательными, раз они добились успеха, а их рассудительных критиков называют трусливыми бездарями. Несколько случайных побед могут наделить опрометчивого руководителя или отчаянного военачальника ореолом прозорливости и храбрости.

Даниэль Канеман, «Думай медленно, решай быстро»
story

Фототерапия


a7edcfac79601031711e70a646bc17beНачнем с того, что договоримся о терминах. Ниже немного википодобное резюме моего представления о фототерапии после недели гугла :) Дополнения и комментарии приветствуются.

Фототерапия – это не светолечение, а использование фотографии в качестве инструмента психотерапевтического взаимодействия между терапевтом (психологом, психотерапевтом) и клиентом.

Самые ранние упоминания использования техник терапии с применением фотографии датированы 1856 годом – Доктором Хьюго Даймондом (Dr. Hugh Diamond), т.е. через 30 лет после появления фотографии. Терапевтическая фотография (?) возникла ещё раньше – в 1844 доктор Томас Киркбрайд (Dr. Thomas Kirkbride) использовал слайды «волшебного фонаря» ("magic lantern") «для обучения и развлечения» душевнобольных пациентов пока доктор отсутствовал в больнице.

Воскресла фототерапия в новое время с лёгкой руки канадского психолога Джуди Вайзер (Judy Weiser) в 70ых годах 20 века и сейчас, в силу доступности цифровой фотографии, используется все чаще.
Фототерапия предполагает как работу с готовыми фотографиями, так и создание оригинальных авторских снимков на заданную терапевтом тему.
Collapse )
Продолжение следует...

[Немного ссылок]
Немного ссылок
Использованы материалы сайта http://www.phototherapy.me
Русское сообщество фототерапевтов
Кто в мире занимается фототерапией
  • puho

Один из первых советских травелогов, или Одноэтажная америка

Многие знают Ильфа и Петрова по 12-ти стульям и Золотому теленку. Я из детства тоже помню толстенькую книжку, которую где ни открой — смешно (кроме последней страницы). Но теперь благодаря Александре Ильф очень много неизвестных мне материалов творческой пары, к счастью, переиздано или издано впервые.

Одноэтажная Америка — это книга, написанная на необычный манер. Соавторы до этого всегда работали вдвоем одновременно, переругиваясь и похохатывая. А тут каждая глава написана отдельно одним из писателей, и нигде не указано, которым. Их общий стиль к тому времени настолько выкристаллизовался, что каждый мог писать, как двое. Как будто у Ильфа в голове поселился маленький Петров, а у Петрова — Ильф.

В Америку соавторы поехали по просьбе газеты Правда, и каждая глава печаталась как отдельная статья. Только денег, выданных в газете, конечно же, не хватило, чтобы проехать всю страну. Пришлось переводить и подрабатывать по дороге, выбивать из издательств авансы, экономить и принимать непростые решения. А цель была
— посмотреть настоящую Америку. И рассказать простым советским жителям, что такое: жить при капитализме. Не наврать и при этом не написать такое, что "Правда" откажется печатать, потому что тогда советские жители ничего не узнают. А еще сделать фотографии: Ильф тренировался со своей фотокамерой и наснимал симпатичных простых фермеров и горожан. Если бы тогда был 2014-й, то главы точно выходили бы на фейсбучной странице соавторов: травелог все-таки.

Под катом отрывок из книжки, которую очень советую прочитать целиком, если вы еще не. Это отличный пример того, как рассказывать о неизвестных вещах, людях, культуре простыми словами.


Collapse )
story

Кларисса Пинкола Эстес "Дар рассказа"

a72eb3b85635eb6bbe31009e844c23f8

"В обеих традициях, к которым я принадлежу, — мексикано-испанской по рождению и венгерской по моим приемным родителям — рассказывание историй считается особой духовной практикой. Сказки, легенды, мифы и истории тщательно собирают, заучивают, систематизируют и хранят бережно, как в аптеке. Сундучок с рассказами, особенно с семейными преданиями, так же необходим для долгой и полноценной жизни, как здоровая пища, хорошие взаимоотношения и нормальная работа. Хранитель историй должен быть одновременно ученым, целителем, знатоком языка символов, талантливым рассказчиком, визионером и
путешественником во времени, способным вдохновлять других и разговаривать с Богом.

В обеих моих семьях учили, что большинство историй предназначено не только для развлечения. В народной традиции они издавна считаются лекарством, целительным средством, применение которого требует определенной духовной подготовки и готовности воспринять откровение как со стороны целителя, так и со стороны пациента, и преподносятся именно в таком качестве. Такие целительные истории издавна использовались для того, чтобы учить, исправлять ошибки, просвещать, способствовать глубинному перерождению, лечить раны, восстанавливать память. Их основной задачей всегда было служить делу образования и обогащения опыта души на ее пути в мире земном.

Нужно также заметить, что большинство сильнодействующих лекарств, к разряду которых я отношу и истории, открыто благодаря чьим-то жестоким и мучительным страданиям. Но прежде всего каждая история порождена неустанным трудом — нашим, вашим, моим, всех, кого мы знаем, всех, кого мы не знаем и никогда не узнаем, ибо их жизнь далеко отстоит от нашей во времени и в пространстве. И как ни парадоксально, эти самые истории, появившиеся на свет из пучины человеческих страданий, зачастую так и остающихся никому не известными, оказываются самым сильным средством против прошлых, настоящих и даже
будущих страданий и недугов".
...
"Для некоторых историй важно выбрать правильное время, правильное место, правильного слушателя, — словом, тщательно соблюсти издавна выработанные правила; они определяют, когда и где следует или не следует рассказывать ту или иную историю. Но для того, чтобы принести в дар историю семейную, историю, относящуюся к нашей культуре или личному опыту, любое время может оказаться самым правильным, самым подходящим.

Как и сны, истории часто говорят с нами на языке символов, минуя таким образом то, что в психоанализе называется «эго» и «персона», то есть обращаясь непосредственно к душе и духу, которые и суть настоящие адресаты доставляемых историями и сновидениями древних уроков и наставлений на универсальном общечеловеческом языке. Именно поэтому истории могут учить, исправлять ошибки, развеивать тьму, облегчать сердце, давать убежище душе, способствовать трансформации и исцелять раны".
...
"Не существует правильных или неправильных способов рассказывать истории. Вполне можно забыть начало, или середину, или конец. Но лучик рассветного солнца в окошке может заставить сердце воспарить. Так что очень даже стоит всячески обхаживать и умасливать ваших сварливых стариков ради того лишь, чтобы они поделились своими воспоминаниями. Выспрашивайте у малышей, когда они были счастливее всего, а подростков — чего они больше всего боялись.
Дайте высказаться старшим. Пусть каждый расскажет что захочет. Разговорите скрытных. Расспросите всех и каждого. И вы увидите результат. Волшебный круг историй, который вы сотворили сообща, согреет и защитит каждого.

Ни один из нас не будет жить вечно. А вот истории — будут. Для того чтобы история продолжала жить, нужна хоть одна живая душа, которая могла бы ее поведать, — и тогда само звучание освященных временем слов вызовет к жизни великие силы любви, милосердия и духовной щедрости. Я вам обещаю... этого будет вполне достаточно".